Компания Storm International Майкла Боттчера построила крупнейшую сеть казино в Москве, потеряла все, но сумела возродить бизнес в странах бывшего СССР. Прилетающих в тбилисский аэропорт Шота Руставели встречают десятки цветастых баннеров, рекламирующих столичные казино. Но все затмевает возвышающийся над дорогой в Тбилиси гигантский билборд с надписью Shangri La. Если заведения конкурентов еще нужно поискать, то мимо Shangri La, которым управляет холдинг Storm International, пройти невозможно: его стеклянный фасад расположен напротив моста Мира — одной из туристических достопримечательностей города. В июне в Тбилиси стоит сорокаградусная жара, и суровые охранники Shangri La неодобрительно разглядывают игроков в шортах, вальяжно перемещающихся между столами для покера и рулетки с сигаретой в руках. Пепел с сигарет падает над ковер стоимостью $80 000. От яркого красно-зеленого узора, который отражается в стеклянном потолке, рябит в глазах. Это лишь остатки былого величия Storm International. До 2009 года компания владела крупнейшей сетью казино в Москве, оборот которой превышал $100 млн. Закон о запрете азартных игр лишил холдинг бизнеса, успешно развивавшегося более десятилетия. Storm сделала ставку на постсоветские государства и игроков из арабских стран. Как бизнес чувствует себя теперь? Азартный таксист Бывшего лондонского таксиста Майкла Боттчера изрядно помотало по свету, прежде чем в 1992 году он оказался в Москве. Более чем за двадцатилетнюю карьеру к 45 годам он успел поработать во многих казино мира, обзавестись связями в Лас-Вегасе и даже основать Британскую игровую академию, которая занималась обучением персонала, тренингами и консультированием. В России, где после распада Советского Союза азартные игры в одночасье перестали быть подпольным бизнесом, американская компания Legend Investment поручила Боттчеру управлять скромным казино «Элит» на четыре стола. Это казино на юго-западе столицы в партнерстве с американцами открыл владелец небольшого ресторана на ул. Кржижановского. Боттчер был не одинок: в начале 1990-х в Москву хлынули профессионалы игорного бизнеса из Америки и Европы в надежде заработать на кажущемся безграничным рынке. Они везли с собой деньги и западную выучку, которой не хватало не успевшему приобрести цивилизованные формы российскому рынку. Впрочем, закрепиться на полукриминальном рынке удалось далеко не всем. Вскоре после открытия «Элит» Legend Investment свернула бизнес в России — не выдержали нервы. Боттчер остался. Выкупив долю Legend Investment, он зарегистрировал собственную компанию Storm International, собрал команду менеджеров, обзавелся полезными знакомствами и начал запускать казино на деньги российских инвесторов. Боттчер и его бывшие конкуренты с неохотой вспоминают те годы, но признают, что работать нередко приходилось в опасных условиях. «У Боттчера бывали очень сложные времена. Молодец. Прорвался», — резюмирует один из его знакомых. Боттчер признался Forbes, что имел доли в своих первых казино, но был не единственным владельцем. Его знакомый говорит, что на первых порах у Боттчера не было собственных денег, чтобы открыть казино, и российские бизнесмены, решившие инвестировать в игорный бизнес, приглашали его как управляющего партнера. За несколько лет Storm International открыла игорные залы Kings, Queens, Wells Fargo. Боттчер приложил руку к открытию в гостинице «Метрополь» одноименного казино, принадлежавшего структурам бизнесмена Алимжана Тохтахунова, известного в определенных кругах как Тайванчик. В каждом проекте Боттчер долго не задерживался. В одном из интервью он говорил, что у российских партнеров была привычка прощаться с иностранным менеджером, как только дела в казино налаживались, но в итоге многие заведения прогорали. Знакомый Боттчера вспоминает, что и тот был далеко не подарок: «Когда он приходил в казино, говорил: «Я управляю, вы не лезете», — но, наверное, инвесторы тоже хотели видеть, что происходит с их деньгами». Только в 1995 году Storm International удалось закрепиться на Таганской площади, где открылось казино «Винсо Гранд», поражавшее гостей респектабельностью и вышколенным персоналом, набранным из первоклассных московских отелей. Партнеров и инвесторов своих казино Боттчер никогда не называл, но вскоре после открытия «Винсо Гранд» он попал под крыло компании «Каро» основателя «Ингеокома» Михаила Рудяка и его знакомых Леонида Огородникова и Олега Андреева. В начале 1990-х партнеры получили в управление здание кинотеатра «Россия» на Пушкинской площади, где открыли ресторан и дискотеку «Утопия». Не обошлось без нескольких игровых столов. Для управления казино позвали Боттчера с его командой менеджеров из Лас-Вегаса. Совладельцы «Каро» в 2007 году признались Forbes, что были акционерами игорного бизнеса. Боттчер в привычной манере сразу потребовал от них не вмешиваться в операционные процессы. Создателям «Каро» и без того было чем занять себя: в 1997 году они запустили в «России» кинотеатр «Пушкинский», начав экспансию на кинопрокатный рынок. А Боттчер через два года открыл на месте «Утопии» казино «Шангри Ла». Названное по имени вымышленной райской страны заведение стало одним из популярнейших мест в Москве для любителей азартных игр — наряду с «Метелицей» Давида Якобашвили и партнеров. По воспоминаниям игроков, входной билет в «Шангри Ла» стоил $200, для пережившей дефолт Москвы это были приличные деньги. В казино регулярно можно было увидеть звезд шоу-бизнеса, частым гостем была Алла Пугачева. Совместный бизнес рос. В 2001 году «Каро» открыла кинотеатр на втором этаже комплекса «Ударник» в Доме на набережной. Фойе первого этажа досталось Storm International. Помимо казино Боттчер запустил здесь сеть игровых автоматов «Супер слотс» и тотализатор. Пока казино набирало обороты (для его раскрутки приглашали гостей из «Шангри Ла», в том числе Пугачеву), спорт-бар уже начал приносить прибыль, его посещали известные спортсмены. Тотализатор пришлось закрыть, когда его шум начал раздражать гостей казино. В 2000-х условия на игорном рынке стали более мирными. «Времена изменились, масштаб компании и достаточно влиятельные партнеры позволили вести бизнес так, чтобы криминальные структуры не смотрели в нашу сторону», — рассказывает Лаврентий Губин, директор по маркетингу Storm International. Для холдинга настали золотые времена. В 2008 году Боттчер управлял пятью московскими казино — это «Нью-Йорк», «Шангри Ла», «Ударник», Jazz Town (бывшее «Винсо Гранд») и «Карнавал» — с 150 игровыми столами, а также сетью из 25 слот-залов (более 2000 автоматов), сетью баров и ресторанов. По словам бывших коллег по цеху, игровые автоматы всегда генерировали большую выручку, чем казино. Одним из главных игроков на рынке слот-автоматов был холдинг Ritzio Entertainment Олега Бойко и партнеров, в 2005 году у него было 35 000 автоматов, оборот превышал $600 млн. Боттчер никогда не раскрывал оборотов Storm International, но, по оценкам участников рынка, они могли доходить до $150 млн. Владельцы «Каро» признавались, что «Шангри Ла» была наиболее доходной частью холдинга (кинотеатры плюс игорные залы), выручку которого по итогам 2006 года Forbes оценивал в сумму порядка $300 млн. Конец игры В 1995 году перед казино «Оазис» на острове Маргарита в Венесуэле остановилось несколько грузовиков с солдатами. Вооруженные люди сообщили управляющим заведения, принадлежавшего Storm International, что с сегодняшнего дня на острове закрываются все казино. «За исключением одного, — рассказывал позже Боттчер. — Им владел губернатор острова Маргарита. Случайность? Нет. Это пример плохого правительства». Одиннадцатью годами позже российское правительство нанесло по бизнес-империи Боттчера еще более чувствительный удар. Владимир Путин предложил запретить азартные игры в России везде, кроме четырех специальных зон. Ситуация выходила из-под контроля: игорные залы и так называемые столбики для монет можно было найти в любом городе. Сами участники рынка преследовали совершенно разные цели: операторы слот-залов наращивали прибыль за счет агрессивной экспансии, а владельцы казино ориентировались на более солидную аудиторию и могли позволить себе лишиться части посетителей за счет ограничений. Боттчер, например, запустил программу «Ответственная игра»: минимальный возраст посетителей увеличили с установленных законом 18 лет до 21 года, особо «заигравшихся» вносили в стоп-листы. Компания финансировала центр психологической помощи и горячую линию. Впрочем, из конкурентов к программе присоединилась только «Метелица», да и результаты горячей линии не впечатляли. «В день через заведения проходило в среднем 5000 человек, при этом на горячую линию поступало только 20–30 звонков в месяц, — вспоминает Лаврентий Губин. — За два года работы линии на очную консультацию пришли несколько человек, никто не пришел на повторную». Storm пыталась лоббировать свои интересы. Боттчер говорит, что в Минфин направлялись предложения установить минимальную плату за фишки в размере 15 000 рублей ($500) и ограничить места, где могли открываться игорные залы, только пятизвездочными гостиницами. Все это не помогло. В декабре 2006 года Госдума приняла закон, предложенный Путиным. Игорному бизнесу дали два года, чтобы придумать, как вести себя дальше. И Боттчер сумел использовать это время. 30 июня 2009 года «Шангри Ла» последний раз открыла свои двери для гостей. На следующий день большая часть из почти 5000 сотрудников Storm International осталась без работы, а менеджеры переехали в Минск и Ереван, где холдинг запустил казино под привычным брендом Shangri La. От запрета азартных игр потеряли и партнеры Боттчера. После того как летом 2009 года опустел первый этаж «Ударника», «Каро» уже через полгода остановила работу кинотеатра. Возвращение в рай «Угадайте, что произойдет, когда в России будет четыре зоны? — предрекал Боттчер накануне запрета на игорный бизнес в России. — Каждый бандит из бывшего Советского Союза поедет в каждый город в России и откроет нелегальное казино». Вскоре от этих обвинений пришлось отбиваться и самому основателю Storm International. Весной 2011 года силовики провели обыски в кинотеатрах «Пушкинский» и «Ударник», где обнаружили игровые столы и рулетки. По подозрению в организации нелегальных казино арестовали исполнительного директора Storm International Даррена Кина, работавшего в компании с 1994 года. После нескольких недель в СИЗО Кин дал признательные показания. Его выпустили, обязав выплатить 150 000 рублей штрафа, а Боттчера объявили в розыск. «Вы думаете, главный управляющий директор компании, имевшей в то время прибыльные объекты в Мексике, Германии, Белоруссии и Армении, а также ряд проектов, включая казино в Грузии, стал бы управлять нелегальным бизнесом?» — возмущается Боттчер. По его версии, задержание Кина было срежиссировано организаторами подпольных казино, которым не нравилось, что российские игроки ездят в иностранные казино Storm International. «Мы думаем, представители некоторых конкурентов очень хотели исключить нас из процесса и способствовали аресту, — объясняет Боттчер, к которому у российских правоохранительных органов уже нет никаких претензий. — Единственной возможностью господину Кину выйти из тюрьмы, в то время как его здоровье сильно ухудшалось, было полное признание вины. Его приговорили к административному штрафу». После освобождения Кин покинул Россию, но он по-прежнему возглавляет Storm International. А Боттчер отошел от операционного управления и передал свою долю в головной компании, зарегистрированной в Нидерландах, в управление частному фонду (название фонда и размер доли не раскрываются). Как сейчас устроен бизнес? Под управлением Storm International четыре казино Shangri La: в Тбилиси, Ереване, Риге и Минске, а также сеть слот-залов в Германии. По словам Губина, около 2000 человек работают сейчас в казино холдинга, крупнейшие из них — в Ереване (700 человек) и Тбилиси (450 человек). Недавно Storm International запустила онлайн-казино PlayShangriLa. Компания не спешит расширять бизнес и оперирует на развивающихся рынках, где есть место для новых игроков. По оценкам Боттчера, оптимально в одном городе не должно быть больше одного казино на 500 000 человек. Впрочем, многие заведения ориентируются на игроков из других стран. Например, в казино в Тбилиси доля местных игроков — 70%, но большую часть дохода приносят иностранцы. Они едут из России, Украины и арабских стран, где не так терпимо относятся к азартным играм. Холдинг работает по отлаженной еще в России схеме: часть инвестиций привлекается у местных бизнесменов, Storm International выступает управляющим партнером. Например, в грузинском Shangri La, инвестиции в которое составили $15 млн, доля Storm International составляет 75%. Казино начало зарабатывать прибыль только с третьего года, в среднем же компания ориентируется на срок окупаемости в пять лет. Операционная маржа составляет 10–20%. Доходы холдинг не раскрывает. Суммарные расходы — порядка $6 млн в месяц, а в одном только казино в Тбилиси — $1,2 млн в месяц. Лицензионные платежи и налоги составляют около 40% этой суммы, еще 20% приходится на рекламу и маркетинг. Существенная часть маркетингового бюджета — это призовые фонды лотерей и промоакций, а также так называемые игровые туры (junket tours), когда состоятельные игроки соглашаются направить на игру определенную сумму в обмен на бесплатные перелет и проживание. Иногда игроки злоупотребляют гостеприимством. «Предположим, вы приезжаете компанией из трех-четырех человек, каждый дает $10 000 на игру, — объясняет Губин. — При этом вы обладаете сильными математическими способностями, играете за одним столом с общей стратегией, подыгрываете друг другу — теоретически у вас повышаются шансы обыграть казино или остаться при своих. Это так называемые бизнес-игроки, кто едет не отдыхать, а как на работу. Так вы можете приехать один раз, второй, третий, но в четвертый вам предложат приехать за свой счет». В одном из интервью Боттчер говорил, что казино достается в среднем 20% денег, задействованных в игре. При этом, по словам Губина, игровые автоматы в Shangri La настроены так, что в долгосрочной перспективе отдают игрокам 95–98% внесенных денег. Счастливчикам повезет сорвать этот куш. Насколько сократился бизнес Storm International после ухода из России? «В разы, — уклончиво говорит Губин. — Москва была удивительным местом. Мало можно найти городов в мире, где игорный бизнес может иметь такую хорошую перспективу и прибыльность». Разницу можно проиллюстрировать и с помощью цифр. Недавно посетитель выиграл в казино в Тбилиси несколько сотен тысяч долларов, поэтому теперь месяц будет скорее всего убыточным. Даррен Кин в одном из интервью вспоминал, что в России выигрыши вполне могли доходить до двух миллионов долларов.
