За организацию финансовых пирамид может грозить уголовная ответственность. Законопроект, разработанный Минфином, уже одобрен правительственной комиссией. Управляющий партнер юридической группы «Яковлев и партнеры» Андрей Яковлев обсудил тему с ведущей «Коммерсантъ FM» Оксаной Барыкиной.
На этапе публичного обсуждения в документе указывалось, что создателей финансовых пирамид намерены лишать свободы на срок до шести лет либо привлекать к принудительным работам. Поправки также предусматривают штраф до 1,5 млн руб. или в размере дохода осужденного за три года. Кроме того, будет введена административная ответственность за распространение информации о сомнительных схемах и привлечение денежных средств в пирамиды. Так власти намерены оградить население от мошенников и повысить доверие граждан к финансовым инструментам.
— Позволит ли этот закон эффективно бороться с пирамидами?
— Есть три главных человеческих порока: жадность, на которой основано существование финансовых пирамид, алкоголь и наркотики и проституция. Это все существует с библейских времен, поэтому я не верю в эффективность этого закона, потому что как страдали люди жадностью, так и другие люди будут этот порок эксплуатировать. К тому же я весьма критически отношусь к выходу и написанию новых законов, потому что твердо убежден, что если бы законодатель вместо законотворчества занялся надзором за соблюдением законов существующих, то у нас в стране быстро бы рай наступил.
Первопричина существования такого явления как финансовая пирамида — это жадность, даже не жадность, а алчность. Это именно та благодатная среда, в которой такие мошеннические финансовые институты существуют. Я не сильно убежден в его эффективности, не сильно в нее верю. Он будет играть какую-то профилактическую роль, может быть, но я не сильно в это верю, честно сказать.
Пока существует алчность, будут существовать и финансовые пирамиды, сколько бы законов ни написали. С моей с моей точки зрения, это один из частных видов мошенничества, в котором используются обман и злоупотребление доверием. Я совершенно не согласен с привлечением Мавроди к уголовной ответственности, потому что на его билетиках достаточно разборчиво было написано, что это финансовая пирамида, что вы денег можете не получить. Мало того, там было написано, что это добровольное пожертвование. Но так как все равно на него укорот нашли в рамках того законодательства, которое действовало, делайте выводы.
— Но, насколько я понимаю, в тексте законопроекта не указывается конкретное понятие финансовой пирамиды.
— Я честно скажу, я его не читал, но я не думаю, что он будет эффективен. То, что он даст в руки недобросовестных правоприменителей еще один инструмент для административного давления на предпринимательскую среду, думаю, что такие факты будут, если особенно не дано четкого определения финансовой пирамиды, и в этом будут некие вольности.
Я со скепсисом отношусь к современному нормотворчеству как профессиональный юрист. Количество законов таково, что ориентироваться в них уже трудно. Они часто путают предметы ведения, регулируют пересекающиеся области общественных отношений. С соблюдением, с работой законодателя над проблемами соблюдения принятых законов, у нас точно есть трудности. Нет никаких парламентских комиссий, которые бы проводили расследования по поводу несоблюдения принятых законов теми или иными ведомствами, Генпрокуратурой, МВД и отраслевыми ведомствами. То есть законодателю бы надо было сконцентрироваться на аутентичном надзоре за соблюдением законодательства, а не на бесконечном нормотворчестве.
Не думаю, что этот закон будет работать достаточно эффективно. Игорный бизнес, например, запретили, перевели, нарисовали какие-то зоны игорные. Что, люди туда что ли уехали играть, или игроков стало в Москве меньше? Не стало меньше. Да, конечно, хорошо, что убрали автоматы с улиц, и простые люди, игроманы, им ограничили доступ к этим местам, где они спускали все свои деньги, но те, кто хочет играть, они находят. Все просто ушло в подполье.
— Господин Яковлев, а поправки, которые предусматривают административную ответственность за распространение информации о сомнительных схемах и привлечении денежных средств, должны быть, нужно ли за это наказывать?
— Скажите, пожалуйста, кто будет оценивать, информацию о какой схеме распространяет человек? Может быть, он абсолютно уверен, что она не сомнительная, может, он сам там участвует и получает какой-то доход? Какие у него основания думать, что она сомнительная? У нас роль государства, как у строгого папы. Это развращает население на самом деле. У нас до сих пор чуть что, лишь бы на себя ответственность не принимать, бегут, где-то должен найтись начальник какой-то, который решит все проблемы. Читать надо действующее законодательство и не взалкать безумно, вот и все. Надо быть осмотрительным. Я, например, ни в одну пирамиду денег не вкладывал, даже в ваучеры.
— Даже несмотря на то, что знали, что это такое?
— Знал, я знал и людей, которые это все делали, и, конечно, понимал, что это просто эксплуатация чрезмерной патологической жадности.
