Легальный рынок ставок в США переживает бум, достигнув оборота в $167 млрд. Однако из-за огромных налогов и аппетитов букмекеров маржа выросла вдвое, сделав игру математически убыточной для клиента. На этом фоне стартап Novig, запущенный выпускниками Гарварда, предложил радикальную альтернативу в виде нулевой комиссии. Forbes Sport рассказывает, что привело к беспрецедентному обвалу акций гигантов индустрии, и почему у биржевой модели пока нет шансов прижиться на российском рынке. Годовой объем рынка легальных пари в США превышает $160 млрд В 1951 году Конгресс США нанес сокрушительный удар по легальному букмекерству, введя 10-процентный федеральный налог на каждую ставку. Чтобы не закрыться, конторы Невады были вынуждены закладывать в коэффициенты сумасшедшую маржу — это делало любое противостояние заведению на дистанции математически бессмысленным. Вскоре рынок ушел в тень, а подпольные тотализаторы мафии стали единственным местом с приемлемыми котировками. Ситуация изменилась лишь спустя 30 лет, когда налог снизили до символических 0,25%. Это вызвало мгновенный взрывной рост оборота: за считанные годы объем легальных ставок вырос в десятки раз, доказав фундаментальный закон — чем ниже барьер, тем выше ликвидность. Однако эпоха процветания легальных операторов оказалась недолгой. В 1992 году был принят закон PASPA (Professional and Amateur Sports Protection Act), который фактически наложил федеральный запрет на спортивные ставки по всей стране. Исключение сделали лишь для штатов, где они уже были легализованы — прежде всего, Невады. Как и во времена сухого закона в начале прошлого века, это привело не к исчезновению спроса, а к расцвету черного рынка объемом до $150 млрд в год, который полностью контролировали офшорные площадки и подпольные букмекеры. Очередным драйвером роста легального рынка послужило решение Верховного суда США в мае 2018 года, который признал федеральный запрет неконституционным и разрешил ставки в 35 штатах. Это привело к тому, что в по итогам 2025 года объем легальных пари в США достиг исторического максимума в $166,94 млрд, увеличившись на 11% за год. По данным Американской игровой ассоциации (AGA), крупнейшими рынками ставок на спорт остаются Нью-Йорк, Иллинойс и Нью-Джерси. Еще более впечатляющую динамику показала чистая выручка операторов: она подскочила почти на 23%, вплотную приблизившись к отметке в $17 млрд. Такая диспропорция объясняется резким ростом среднего уровня маржи — если в 2018-м букмекеры удерживали в среднем 6-7% от ставок, то сегодня этот показатель закрепился на уровне 10,4%, в отдельные месяцы достигая экстремальных 12,4%. Фактически индустрия пришла к состоянию жесткой дуополии: технологический тандем FanDuel и DraftKings консолидировал около 80% онлайн-рынка, при этом их финансовое доминирование обеспечивается не только охватом, но и налоговой устойчивостью. В условиях рекордного фискального давления (в штате Нью-Йорк налог достигает 51% от дохода) лидеры перекладывают издержки на плечи потребителя через заниженные коэффициенты. Это создало уникальный рыночный парадокс: беттинг стал легальным и массовым — сегодня пари заключает каждый пятый взрослый американец, — но одновременно и чрезвычайно дорогим для обычного игрока. В такой ситуации альтернативным вариантом стали биржи ставок – платформы, которые сводят участников пари друг с другом и берут за это гораздо меньшую комиссию, чем классические букмекеры. Кроме того, происходит диверсификация самого рынка, где исход матча перестал быть просто ставкой, превратившись в событийный контракт — полноценный финансовый актив. Стоимость основанного выпускниками Гарварда стартапа за пять лет выросла до $500 млн Еще несколько лет назад на биржах спортивного трейдинга игрок, намеревавшийся поставить на победу условного «Ливерпуля», должен был ждать предложения от другого участника пари с обратной ставкой. Теперь функцию второго игрока выполняют гиганты с Уолл-стрит — крупнейшие маркетмейкеры и трейдинговые фирмы, такие как Susquehanna International Group (SIG) и Jump Trading. Для них исход футбольного матча или количество очков в баскетболе — это не вопрос спортивного азарта, а такая же цифровая котировка, как цена акции Apple или фьючерса на нефть. Если классический букмекер берет маржу и видит системный риск в успешных игроках, что приводит к порезке счетов и другим ограничениям, то маркетмейкер зарабатывает на спреде — частоте сделок и разнице между ценой покупки и продажи. Наиболее показателен пример матча двух равных теннисистов — например, Карлоса Алькараса и Янника Синнера. В то время как букмекер выставил бы коэффициенты в районе 1,90 на 1,90, закладывая маржу, маркетмейкер предлагает двустороннюю котировку на победу одного из игроков: цену покупки — $0,98 и цену продажи — $1,02. Когда один участник пари покупает контракт на Алькараса, а другой в ту же секунду его продает, фиксируется $0,04 спреда в качестве безрисковой прибыли. При миллионных оборотах это генерирует колоссальную выручку. Для осуществления своей деятельности маркетмейкерам нужны площадки. В последние годы ими стали биржи спортивного трейдинга, такие как Sporttrade и ProphetX, и рынки прогнозов (Kalshi, крипто-гигант Polymarket). Но наиболее продвинутую модель предложил стартап Novig. В то время как классические биржи удерживают порядка 2% от чистого выигрыша либо взимают комиссию за каждую сделку (в среднем от 0,75% до 1,2%), этот стартап ввел нулевую маржу для розничных трейдеров. В результате всего за пять лет работы платформа, основанная двумя выпускниками Гарварда — Джейкобом Фортински и Келечи Ука, — получила оценку в $500 млн, отмечает Sports Business Journal. Стратегия нулевой маржи не нова. Ее еще в 1970-х придумал потомок еврейских иммигрантов из Минска Сол Прайс — создатель Price Club, позже превратившегося в гиганта Costco. Он решил продавать товары практически по себестоимости, ограничив наценку символическими процентами, в то время как обычные супермаркеты забирали до 20%. Прибыль Прайс получал не с продажи молока или телевизоров, а с платных членских взносов (подписок) за сам доступ к честным ценам. Если классическая биржа — это брокер, который берет свою комиссию с каждой успешной сделки, то отказавшийся от маржи Novig позиционирует себя также как технологический хаб. Стартап инвестирует в инфраструктуру, способную обрабатывать институциональные объемы с задержкой в микросекунды. В отличие от закрытых экосистем других бирж, Novig не просто сводит двух игроков, а создает условия, при которых крупные маркетмейкеры обязаны поддерживать узкие спреды 24/7. Для розничного трейдера это означает, что он всегда найдет цену, максимально близкую к рыночной, даже на нишевых рынках. Основной источник прибыли платформы — сами маркетмейкеры, готовые платить за ценнейший массив данных о рыночных настроениях. Компания также зарабатывает на глубокой аналитике, включая продажу данных о движении коэффициентов и объемах торгов в реальном времени. Кроме того, в периоды низкой рыночной активности Novig самостоятельно выступает поставщиком ликвидности (маркетмейкером). Еще одна опция — заработок на банковских процентах от депозитов пользователей. Высокие амбиции стартапа иллюстрирует дерзкий слоган на его сайте: «Мы играем по другим правилам», фиксирует Sportico. За последние полгода акции FanDuel и DraftKings упали на 50% В августе прошлого года Novig привлек $18 млн в рамках очередного раунда финансирования серии А. Общая сумма привлеченных средств компании на сегодня составляет $108 млн, включая поддержку от акселератора стартапов Y Combinator и члена Зала славы американского футбола Джо Монтаны. Все эти годы Novig (в 2025 году объем торгов компании увеличился в 10 раз, превысив $4 млрд) работал по лицензии лотерей, но этим летом компания намерена выйти на новый уровень благодаря переходу к полностью регулируемому рынку прогнозов. В настоящее время Novig ожидает одобрения своей заявки Комиссией по торговле товарными фьючерсами США (CFTC). Получение статуса биржи под эгидой CFTC — это не просто имиджевый ход, а фундаментальная смена экономической модели. Переход из категории азартных игр в юрисдикцию финансового рынка позволит компании уйти от огромных налогов на гемблинг в сторону гораздо более мягкого корпоративного налогообложения. Более того, федеральная лицензия станет универсальным ключом, который откроет платформе двери во все 50 штатов, минуя локальные запреты и бюрократию отдельных комиссий штатов. Это также создаст уникальные условия для самих трейдеров: на финансовой бирже они смогут сальдировать свои убытки и прибыли, а также претендовать на льготные налоговые ставки, применимые к операциям с капиталом. «Мы уступаем конкурентам только в узнаваемости бренда, — говорил Фортински в интервью Forbes. — В некотором смысле мы играем, отставая. Мы основали эту компанию на несколько лет позже других лидеров этого рынка, но я думаю, что у нас более высокий темп роста, чем у конкурентов. Наша главная цель — стать крупнейшей в мире платформой для ставок на спорт». В свою очередь, значительная экспансия со стороны вынужденных снижать маржу для привлечения и удержания клиентов бирж спортивных прогнозов, а также стартапов нового поколения создала угрозу для традиционных операторов. Лишь за последние полгода акции FanDuel, Flutter Entertainment и DraftKings обвалились более чем на 50%, отмечает Front Office Sports. Ситуация меняется стремительно. Еще год назад генеральный директор DraftKings Джейсон Робинс утверждал, что «биржевая модель торговли событийными контрактами структурно ограничена, им не хватает глубины и широты предложения ставок на спорт». Тем не менее прошлой осенью FanDuel и DraftKings в спешке запустили на своих платформах собственные функции прогнозирования рынков, чтобы оставаться конкурентоспособными. В частности, DraftKings приобрела биржу Railbird Technologies, чтобы быстро интегрировать P2P-торговлю в свое приложение. Запуск таких продуктов также заметно снижает прибыльность букмекеров. В России такое все еще невозможно Российский рынок бетинга, в отличие от американского, представляет собой жестко вертикальную структуру, где правила игры диктуются не технологической гонкой, а фискальной прозрачностью. Единый регулятор (ЕРАИ) и обязательные целевые отчисления (2% от выручки на развитие спорта) создают высокий финансовый порог входа. В таких условиях модель нулевой комиссии, как у Novig, невозможна из-за требований государства платить налог с каждого принятого пари. В легальном поле РФ отсутствие маржи сегодня — это не стратегия роста, а прямой путь к убыточности. Юридический ландшафт также остается консервативным. Федеральный закон № 244 жестко разграничивает деятельность букмекерских контор и тотализаторов, не оставляя места для событийных контрактов или спортивных бирж прогнозов. Для появления аналога Novig в России потребовалась бы не просто смелость стартапа, а создание нового законодательства с изменением самого определения беттинг-деятельности. Без институциональной ликвидности — российских аналогов фондовых гигантов, готовых котировать спорт как финансовый актив — рынок остается игрой человека против заведения. Тем не менее элементы биржевой модели неизбежно просачиваются в стратегии крупнейших игроков (Фонбет, Winline), которые активно используют элементы биржевой механики. Главным инструментом этой трансформации стал усовершенствованный Cash Out (выкуп ставки). Сегодня это уже не просто кнопка, чтобы забрать деньги досрочно. Букмекеры внедрили систему автоматических правил: игрок может заранее задать сумму, при которой ставка закроется сама — например, если команда ведет в счете и сумма выкупа достигла желаемого уровня. Фактически это копирует исполнение лимитных ордеров на фондовом рынке. Параллельно с этим происходит визуальная и функциональная «финтехизация» интерфейсов. На экранах мобильных приложений появляются графики движения коэффициентов в реальном времени и глубокая аналитика объемов торгов на конкретных рынках — инструменты, которые еще пять лет назад были прерогативой профессиональных трейдеров на Betfair. Внедрение элементов социального беттинга (копирование ставок успешных игроков) также является шагом к P2P-модели. Отечественные гиганты заимствуют у бирж удобство, скорость и аналитический инструментарий, но сохраняют за собой статус единственного маркетмейкера.
34
42
48
53
67
73
79
85
91
97
103
115
121
127
139
145
151
157
163
174
180
186
192
198
210
216
